Тьма смотрела на меня. Она смеялась сонмом демонических голосов из глаз неочеловека и неотрывно следила за мной. Откуда она? Зачем она здесь? Почему она смотрит именно на меня? Ведь секунду назад этого незнакомца не было в вагоне! Я готов поклясться, что не было! Наклейка была, как была и парочка влюбленных подростков, но этого человека в куртке тут не было! И неужели никто больше не замечает, какие страшные глаза у него?! Неужели никто не видит, что этот пассажир вовсе не обычный, а… более чем странный?!

Смотреть на всепоглощающие глаза тьмы во мне не было больше сил. Сознание предпочло отключить все функции второстепенной важности, оставив лишь способность бежать. И я побежал. Побежал, как бежит от огня всякая лесная и степная живность. Побежал, как бежит от смерти любое живое существо. Спина взмокла, ноги подкашивались, но я бежал. Отворял дверцы вагонов, с шумом хлопал ими, расталкивал пассажиров, спотыкался о стоящие в проходах сумки… Бежал.

Лишь много позже я осознаю, что в то время весь поезд будто бы остановился. Замер. Замерз. Люди не говорили, не двигались, не кричали вослед, когда я сшибал их. Они никак не реагировали на мое бегство, на мои крики о помощи, на мои стенания и проклятия. Не в силах заставить себя обернуться, я все бежал и бежал к концу электрички, пока не достиг последней дверцы. «Хода нет», краснела на ней табличка.

Хода дальше нет!..

Я обернулся. Незнакомец с абсолютно черными глазами стоял совсем рядом. Его волосы на голове шевелились, извивались, как змеи извивались на голове горгоны Медузы. Волосы существа, никак не могущего быть человеком, тянулись ко мне, почти шипели, почти касались моего лица…

И тут он ударил. Ударил двумя руками прямо в мою грудь. Хрустнули ребра, сердце будто бы вылетело из глотки вместе с воздушной пробкой — остатками воздуха в легких. А я вылетел из поезда вместе с выбитой дверью вагона и рухнул прямо на пути.